- Сегодня возможно создать «абсолютно новое» - или дизайн всегда про интерпретацию?
Дизайн почти всегда - интерпретация. Но это не оправдание, а стартовая точка. Новое появляется не из воздуха, а из авторской позиции, иногда достаточно жесткой: что ты отбираешь, что отсекаешь, на что решаешься… Уникальность - не в форме ради формы, а в том, насколько честно ты переводишь вдохновение в предмет: через материал, пропорцию, смысл и дисциплину.

- Тогда где заканчивается «вдохновение» и начинается копирование?
Однозначно там, где дизайнер перестает думать и начинает повторять. Если ты не можешь объяснить зачем ты сделал именно так - это не дизайн, это репост в материале. Вдохновение - это когда ты берёшь идею и переупаковываешь её в свою систему координат: меняешь логику, сценарий использования, конструкцию, смысл. Копирование - когда ты просто меняешь цвет или детали, и называешь это авторством.
Про масштабирование предметного дизайна

- Как вы относитесь к масштабированию предметного дизайна - это компромисс или отдельная форма профессионального роста?
Это зависит от стратегии. Кто-то строит путь вокруг авторского имени и ограниченных тиражей, кто-то развивает себя и команду через бизнес-модель. Оба подхода жизнеспособны. Для меня масштабирование - не компромисс, а усиление: идея и качество не теряются, если выстроены процессы, стандарты и контроль. И это не про «продать больше», а дать предмету шанс жить: в домах, в публичных пространствах, в культуре. Авторский объект не должен быть музейным экспонатом. Он должен работать в реальности.

- Что должен освоить дизайнер, чтобы перестать «украшать» и начать создавать продукт?
Главное - понять разницу между декорированием и проектированием. Предметный дизайнер мыслит функцией, конструкцией, сценарием использования, материалами и производством. Декор в сильном предмете уже встроен - в фактуре, текстуре, патине, окислении, честности материала и логике формы. Если всё это уже работает, то орнамент ради орнамента становится лишним.

- Почему «предметный дизайн» в СНГ слабо артикулирован?
Если смотреть на рынок СНГ, можно заметить, что термин «предметный дизайн» до сих пор плохо понят даже внутри профессионального сообщества. Почему, на ваш взгляд?
Потому что отрасль у нас часто развивается «на таланте», а не на инфраструктуре. Мало образования, мало производства, мало связки «школа - мастерская - рынок». Есть сильные авторы, но система пока не догнала. Там, где появляются программы и индустриальный спрос, всё резко взрослеет. Например, в России заметен рост: есть профильное образование, запрос на локальные продукты и импортозамещение - а значит растет спрос на специалистов и мотивация молодых идти в профессию.

- Существует ли, по-вашему, разрыв между тем, как предметный дизайн понимается в Европе, и тем, как его воспринимают в СНГ? В чём он прежде всего проявляется?
Разрыв - не столько в объектах, сколько в оптике. Один и тот же предмет может нести одинаковые ценности, но считываться по-разному. У нас чаще оценивают «красиво/дорого/необычно». В Европе продукт читают не только глазами, у них сильнее внимание к нематериальному: кто автор, как и где создано, из чего, какая идея, какой контекст и этика производства. Там конкурируют не только ценой и формой, а смыслами и ценностями - и это меняет правила игры.

- С точки зрения маркетинга: что сегодня продает предметный дизайн - форма или история?
В авторском дизайне форма - это входной билет. Но покупают не форму, покупают идентичность и ценности. История - это когда материал выбран не случайно, пропорции не случайны, производство не случайно. Когда у предмета есть позиция, он становится не покупкой «в интерьер», а выбором «про себя». И вот это - самый сильный рынок.

- Можно ли говорить, что без развития предметного дизайна невозможно формирование зрелой интерьерной и архитектурной культуры?
Можно и нужно. Архитектура создает каркас, интерьер задает сценарий, а предметный дизайн доводит пространство до человеческого масштаба. Когда одно звено выпадает, среда становится либо красивой, но неживой, либо удобной, но без характера и культуры. Без предметов, с которыми человек взаимодействует каждый день, интерьер остается просто красивой оболочкой. В то же время, если предметы слабые, культура пространства тоже будет слабой - даже при идеальных стенах.

- Вы работаете на стыке искусства, предметного дизайна и архитектурного мышления. Когда вы поняли, что объект - это не только функция, но и высказывание?
Когда начал относиться к предмету как к малой архитектуре. Например, в нашем atelier SEPARACIA есть тумба, где корпус - как фасады здания, ящики - как жилые пространства, а плоскость, на которой она стоит, - как ландшафт. Это не «красивая метафора», это способ проектирования. Работа родилась после визита на Villa Savoye и знакомства с логикой Ле Корбюзье. Там я осознал, что я понял архитектурное мышление можно перевести в предмет - и тогда вещь начинает говорить не только о пользе, но и о новом смысле.